Количественная характеристика ущерба в посягательствах на собственность

Введение

Посягательства на собственность тесно связаны с правовой категорией «ущерб», которая может выступать в следующих качествах:

1) обязательный признак хищений; 2) обязательный признак преступлений против собственности, которые не являются хищениями; 3) квалифицирующий признак преступления; 4) криминообразующий признак преступления.

Некоторые статьи гл. 21 УК РФ не содержат указания на ущерб несмотря на то, что фактически он все же подразумевается (в ст. ст. 163 и 168 УК РФ).

Таким образом, можно заключить, что категория «ущерб» значима для большинства преступлений против собственности, но при этом ее значение применительно к отдельным преступлениям различно, как и выполняемые ею функции.

В этой связи необходимо проанализировать ущерб через призму каждого из обозначенных качеств.

1. Ущерб как обязательный признак хищений В примечании 1 к ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УК РФ) установлено: «Под хищением Äàòà ïîñòóïëåíèÿ ðóêîïèñè â ðåäàêöèþ: 17.01.2026 ã. DOI: 10.24412/3033-6775-2026-1-38- 43 Äàòà ïðèíÿòèÿ ðóêîïèñè â ïå÷àòü: 24.03.2026 ã. в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества». Соответственно, причинение ущерба – это один из криминообразующих признаков хищений.

По вопросу определения содержания этого признака применительно к хищениям в отечественной уголовно-правовой доктрине можно обнаружить следующие мнения.

Л.И. Насыбуллин определяет ущерб как «конкретный материальный, имущественный вред, ущерб, который определяется стоимостью похищенного имущества» [1, с. 20]. Автор исходит из того, что применительно к хищениям допустимо говорить исключительно о причинении реального имущественного ущерба, тогда как утраченные доходы (упущенная выгода) по своей правовой природе не могут входить в содержание такого вреда.

Эту позицию по исследуемому вопросу занимает и значительная часть научного сообщества, представители которого последовательно отрицают возможность включения упущенной выгоды в структуру ущерба при совершении хищений, подчёркивая, что уголовно-правовая оценка этих деяний должна основываться лишь на фактическом уменьшении имущественной массы потерпевшего, а не на предполагаемых или вероятностных экономических последствиях.

Следует сказать, что материальный характер ущерба проявляется не только в уголовном праве, но и в уголовном процессе. Например, можно сослаться на разъяснения, изложенные в абз. 1 п. 2.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности»: «…под ущербом следует понимать имущественный вред, который может быть возмещен в натуре (в частности, путем предоставления имущества взамен утраченного, ремонта или исправления поврежденного имущества), в денежной форме (например, возмещение стоимости утраченного или поврежденного имущества, расходов на лечение) и т.д.»[3]. Данный подход – определение ущерба через материальный вред (или вред имущественного характера) – применительно к хищениям, на мой взгляд, является обоснованным и заслуживающим поддержки. Все точки зрения, приведенные выше, укладываются в рамки единой концепции, согласно которой размер ущерба обусловлен стоимостью похищенного имущества.

Основы данной концепции были сформированы еще в советский период и отчетливо прослеживаются в научных трудах авторов того времени [4, 16-20]. В стоимости имущества проявлялся овеществленный труд людей, который считался общественно необходимым.

Современная судебная практика также демонстрирует приверженность вышеописанному подходу. Например, гр-н Ф. совершил кражу сенсорного сотового телефона, стоимость которого составляла 9 990 рублей. Согласно приговору суда, которым Ф. был признан виновным в совершении данного преступления, размер ущерба, причиненного преступлением, также составил 9 990 рублей.

В уголовном законе нет прямого указания на минимальный ущерб, наличие которого необходимо для квалификации содеянного в качестве преступления. Поскольку хищения наказываются не только в соответствии с уголовным, но и в соответствии с административным законодательством, следует проанализировать признак причинения ущерба через призму состава мелкого хищения, предусмотренного ст. 7.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее по тексту – КоАП РФ). Анализ содержания ст. 7.27 КоАП РФ позволяет заключить, что хищение на сумму до 2,5 тыс. рублей наказывается как административное правонарушение, но есть ряд исключений:

1) хищение не должно иметь квалифицированных признаков, предусмотренных ч. ч. 2-4 ст. 158, ст. 158.1, ч. ч. 2-4 ст. 159, ч. ч. 2-4 ст. 159.1, ч. ч. 2-4 ст. 159.2, ч. ч. 2-4 ст. 159.3, ч. ч. 2-4 ст. 159.5, ч. ч. 2-4 ст. 159.6, а также ч. ч. 2 и 3 ст. 160 УК РФ; 2) хищение не должно быть совершено в форме грабежа или разбоя (вне зависимости от стоимости похищенного содеянное долж- но квалифицироваться по ст. ст. 161 или 162 УК РФ) – указанный вывод подтверждается многими примерами из современной судеб- ной практики; 3) мелкое хищение может наказываться в соответствии с уголовным законом (по ст. 158.1 УК РФ), если лицо до совершения данного правонарушения было подвергнуто административному наказанию за совершение мелкого хищения чужого имущества стоимостью от 1 до 2,5 тыс. рублей; 4) хищение предметов, имеющих особую ценность, всегда наказывается по ст. 164 УК РФ.

Таким образом, минимальный размер ущерба уголовно наказуемых хищений, совершаемых в форме кражи, мошенничества, присвоения или растраты, для квалификации содеянного по статьям УК РФ должен составлять более 2,5 тыс. рублей (при условии отсутствия квалифицирующих признаков), поскольку в обратном случае ответственность должна наступать по ч. ч. 1 или 2 ст. 7.27 КоАП РФ.

2. Ущерб как обязательный признак преступлений против собственности, которые не являются хищениями Таковым преступлением является причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст.

165 УК РФ). Ущерб в рамках состава данного преступления отличается наличием прямого указания на его имущественный характер. Указанная формулировка – это, как представляется, следствие «слепого» копирования наименования ст. 148.3 Уголовного кодекса РСФСР 1960 г. – «Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием».

Разница, однако, состояла в том, что в советском уголовном законе помимо имущественного ущерба был моральный ущерб (например, в ст. 128.1), в то время как в действующем уголовном законе имущественному ущербу противопоставляется моральный вред (в частности, это понятие есть в п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ). Поэтому, во всех случаях, когда законодатель использует понятие «ущерб» (включая ст. 165 УК РФ), подразумевается, что причиняемый преступлением вред носит имущественный характер. В этой связи указание на то, что ущерб является имущественным излишне.

Количественная характеристика ущерба в ст. 165 УК РФ определяется указанием на крупный размер, которому соответствует стоимость имущества более 1 млн. рублей. При этом на практике можно обнаружить судебные решения, в которых крупный размер ограничивается суммой в 250 тыс. рублей. Подобные решения прямо противоречат примечанию к ст. 165 УК РФ, введенному в уголовный закон в 2024 г. Такой подход ранее был обоснованным по той причине, что в ст. 165 УК РФ отсутствовало примечание, в связи с чем правоприменители опирались на примечание к ст. 158 УК РФ, согласно которому крупным размером признается стоимость имущества свыше 250 тыс. рублей. Теперь же ст. 165 УК РФ дополнена собственным примечанием, а в примечании 4 к ст. 158 УК РФ, напротив, установлено, что в отношении ст. 165 УК РФ названное примечание не действует. 3. Ущерб как квалифицирующий признак Целый ряд статей в рамках гл. 21 УК РФ в качестве квалифицирующего признака предусматривает «причинение значительного ущерба гражданину». В примечании 2 к ст. 158 УК РФ закреплено, что значительный ущерб не может быть меньше 5 тыс. рублей. Между тем, даже кратное превышение суммы ущерба в 5 тыс. рублей не является основанием для автоматического признания причиненного ущерба значительным. В частности, на основании показаний потерпевшего о том, что у него есть сбережения, необходимые лекарства и продукты питания, суд признал причиненный ему преступлением ущерб в размере 22 тыс. рублей незначительным.

Мошенничества являются разновидностью хищений, однако, признак причинения значительного ущерба применительно к данному преступлению обладает некото - рой спецификой, поскольку в статьях, устанавливающих ответственность за различ- ные виды мошенничества, предусмотрено два квалифицирующих признака, связанных с ущербом:

1) причинение значительного ущерба гражданину (ч. 2 ст. 159, ч. 2 ст. 159.3, ч. 2 ст. 159.5 и ч. 2 ст. 159.6 УК РФ); 2) причинение значительного ущерба (ч. ч. 5-7 ст. 159 УК РФ).

В первом случае помимо требований примечания 2 к ст. 158 УК РФ следует учитывать разъяснения, изложенные в п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» (далее по тексту – Постановление Пленума ВС РФ № 48) и касающиеся необходимости учета наличия у потерпевшего иждивенцев, совокупного дохода членов его семьи и мнения потерпевшего о значительности или незначительности причиненного ему ущерба.

Иначе дело обстоит с мошенничеством, ответственность за совершение которого установлена ч. ч. 5-7 ст. 159 УК РФ.

Во-первых, в качестве потерпевших в этом случае выступают субъекты предпринимательской деятельности (индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации).

Во-вторых, примечание 2 к ст. 158 УК РФ исключает из сферы своего действия ч. ч. 5-7 ст. 159 УК РФ.

В-третьих, в примечании 1 к ст. 159 УК РФ установлен особый размер значительного ущерба непосредственно для преступлений, предусмотренных ч. ч. 5-7 ст. 159 УК РФ – не менее 250 тыс. рублей.

В-четвертых, значительный ущерб в ч. 5 ст. 159 УК РФ необходимо устанавливать без учета имущественного положения потерпевшего (такие разъяснения даны в п. 11 Постановления Пленума ВС РФ № 48). Этот факт делает значительный ущерб более формализованным и практически не зависимым от субъективного восприятия потерпевшим. Так, суд обосновал значительность ущерба следующей формулировкой: «Размеры причиненного ущерба превышают 250000 рублей, потому являются значительными с учетом примечания к ст. 159 УК РФ…».

Поэтому, в указанном случае понятие «ущерб» используется в том смысле, в каком в УК РФ всегда используется понятие «размер», т.е. является формально определенным признаком и категорией исключительно объективно-количественной. В этой связи суды опираются преимущественно на сумму в 250 тыс. рублей, превышение которой позволяет им делать вывод о значимости ущерба.

В ст. 166 УК РФ в качестве квалифицирующего признака указано причинение «особо крупного ущерба», но содержание данного признака не раскрыто. Некоторые разъяснения можно обнаружить в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» (далее по тексту – Постановление Пленума ВС РФ № 25):

1) судам необходимо учитывать фактически понесенные владельцем расходы (в случае, когда угнанный автомобиль был поврежден, но может быть отремонтирован); 2) судам следует исходить из фактической стоимости автомобиля на момент совершения преступления (в случае, когда угнанный автомобиль не подлежит восстановлению).

Нерешенными остаются следующие вопросы: какова количественная характеристика особо крупного ущерба и следует ли включать в содержание особо крупного ущерба упущенную выгоду. В юридической науке, как правило, особо крупный ущерб отождествляется с особо крупным размером [5, с. 17]. Такой же подход наблюдается и в судебной практике.

Что касается вопроса о возможности включения в состав угона особо крупного ущерба, то многие отечественные исследователи решают его положительно [6, с. 12-13]. Как представляется, формулировка «исходить из фактически понесенных владельцем расходов», используемая в п. 25 Постановлении Пленума ВС РФ № 25, более близка по своему смыслу реальному ущербу. Учитывая вышеизложенное, можно заключить, что сегодня особо крупный ущерб в ч. 3 ст. 166 УК РФ должен быть больше 1 млн. рублей (по логике примечания 4 к ст. 158 УК РФ), а при установлении данного признака может быть учтен только реальный ущерб.

4. Ущерб как криминообразующий признак В данном качестве ущерб (точнее – значительный ущерб) выступает в ч. 1 ст. 167 УК РФ. В этой статье отсутствует указание на то, кто может являться потерпевшим от преступления, в связи с чем открытым оста- ется вопрос о возможности применения примечания 2 к ст. 158 УК РФ [7, с.90]. Если потерпевшим является гражданин, то суды, как показывает анализ судебной практики, фактически руководствуются именно требованиями примечания 2 к ст. 158 УК РФ, хоть и прямо на это не указывают. Разница, как представляется, состоит в том, что при рассмотрении дел о преступле- нии, предусмотренном ст. 167 УК РФ, суды опираются не на имущественное положение гражданина, как того требует примечание 2 к ст. 158 УК РФ, а на такие обстоятельства, как стоимость уничтоженного имущества или восстановления поврежденного имущества, а также значимость имущества для потерпевшего (в соответствии с разъяснениями, изложенными в абз. 3 п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.06.2002 № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем»). Так, признавая ущерб, причиненный преступлением, значительным, Коломенский городской суд Московской области сослался именно на абз. 3 п. 6 вышеуказанного постановления.

Согласно вышеуказанным разъяснениям, в качестве потерпевшего может выступать и юридическое лицо, финансово-экономическое состояние которого высшая судебная инстанция предписывает учитывать при решении вопроса о причинении значительного ущерба. В данном случае вопрос о возможности применения примечания 2 к ст. 158 УК РФ становится более актуальным не только потому, что в нем речь идет только о гражданах, но и потому, что сумма в 5 тыс. рублей для юридического лица зачастую, напротив, будет являться незначительной [8, с. 144-147]. Еще в 2013 г. на необходимость строгого разграничения значительного ущерба для граждан и юридических лиц указывал и Конституционный Суд РФ. Полагаем, что это исключает возможность при решении вопроса о том, является ли вред, причиненный юридическому лицу, значительным, брать за основу сумму, указанную в примечании 2 к ст. 158 УК РФ.

Таким образом, количественная характеристика ущерба в рамках ст. 167 УК РФ остается неопределенной, поскольку в каждом конкретном случае суды должны исходить не только из суммы причиненного ущерба, но и учитывать ряд иных обстоятельств, обозначенных Конституционным Судом РФ и Пленумом Верховного Суда РФ.

Заключение

Ущерб является неотъемлемым признаком большинства преступлений против собственности, но при этом его значение неодинаково и может проявляться в следующем:

ущерб как обязательный признак хищений; ущерб как обязательный признак причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165 УК РФ); ущерб как квалифицирующий признак ряда преступлений против собственности (причинение значительного ущерба гражданину или причинение особого крупного ущерба в ч. 3 ст. 166 УК РФ); значительный ущерб как обязательный признак умышленного уничтожения или повреждения имущества (ст. 167 УК РФ).

Количественная характеристика ущерба в преступлениях, посягающих на собственность, также сильно разнится в зависимости от состава преступления и выполняет различные функции. Выступая в качестве обязательного признака преступлений, ущерб позволяет отделять преступления и административные правонарушения. Когда же ущерб является квалифицирующим признаком преступлений против собственности, его количественная характеристика отражает повышенную общественную опасность преступлений и позволяет индивидуализировать наказание, делая его более справедливым с учетом обстоятельств содеянного.