Эволюция подходов Банка России к регулированию цифровых финансовых активов: анализ нормативных моделей и правоприменительной практики

Äàòà ïðèíÿòèÿ ðóêîïèñè â ïå÷àòü: 24.03.2026 ã. Цифровая трансформация финансовой системы является одним из ключевых трендов мировой и российской экономики. Появление новых финансовых инструментов, основанных на технологии распределенных реестров, ставит перед государственными регуляторами сложные задачи по созданию адекватной правовой среды. В Российской Федерации таким инструментом стали цифровые финансовые активы (ЦФА), правовой режим которых был определен Федеральным законом от 31.07.2020 № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

С момента вступления в силу указанного закона ключевую роль в формировании и развитии нового сегмента финансового рынка играет Банк России. Его подходы к регулированию не являются статичными и претерпевают значительные изменения, отражая динамику самого рынка – от первых экспериментальных выпусков до превращения ЦФА в значимый инструмент привлечения капитала.

Целью настоящей статьи является анализ эволюции регуляторных подходов Банка России, выявление ключевых этапов этой трансформации и оценка перспектив дальнейшего развития нормативных моделей в сфере ЦФА.

Этап I. Формирование базовой нормативной модели: контроль и допуск Начальный этап регулирования рынка ЦФА характеризовался созданием строгой разрешительной модели, в центре которой находился Банк России как мегарегулятор. Данный статус был закреплен за Банком России еще в 2013 году, когда ему были переданы полномочия по регулированию, контролю и надзору в сфере финансовых рынков [10, с. 126]. Конституционноправовой статус Банка России, определенный статьей 75 Конституции РФ, также предопределил его широкие полномочия в новой сфере.

Основополагающим документом, заложившим фундамент регулирования, стал Федеральный закон от 31.07.2020 № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» [1]. Он установил, что выпуск и обращение ЦФА возможны исключительно в рамках специальных информационных систем, операторы которых должны быть включены в соответствующий реестр Банка России [8].

Полномочия Банка России были детализированы в Федеральном законе от 10.07.2002 № 86-ФЗ «О Центральном Банке Российской Федерации (Банке России)», который отнес надзор за операторами информационных систем ЦФА к сфере регулирования финансовых рынков, а самих операторов – к некредитным финансовым организациям (ст. 76.1) [2].

Ключевым инструментом реализации контрольных функций Банка России стало Положение Банка России от 16.12.2020 № 746-П «О ведении Банком России реестра операторов информационных систем, в которых осуществляется выпуск цифровых финансовых активов, реестра операторов обмена цифровых финансовых активов, о порядке и сроках представления операторами информационных систем, в которых осуществляется выпуск цифровых финансовых активов, и операторами обмена цифровых финансовых активов в Банк России сведений о лицах, распоряжающихся акциями (долями) указанных операторов, а также о порядке представления и согласования Банком России изменений в правила информационной системы, в которой осуществляется выпуск цифровых финансовых активов, изменений в правила обмена цифровых финансовых активов» [3]. Данный нормативный акт установил исчерпывающие требования к заявителям на получение статуса оператора, а также порядок согласования с Банком России правил информационной системы Операторов таких систем. Именно эти правила, как, например, «Правила информационной системы Сбера» [4], стали основным документом, регламентирующим весь жизненный цикл ЦФА: от выпуска и учета до порядка заключения смартконтрактов и ответственности участников.

Таким образом, на первом этапе (2020– 2022 гг.) Банк России выстроил жесткую, централизованную модель регулирования. Ее основными чертами были:

- разрешительный порядок допуска операторов на рынок через ведение реестра; - обязательное согласование правил информационных систем, что давало регулятору возможность влиять на инфраструктуру рынка «на входе»; - распространение на операторов ЦФА режима регулирования некредитных финансовых организаций, включая требования к отчетности и внутреннему контролю. Этот подход позволил обеспечить контролируемый запуск рынка, минимизировать риски мошенничества и защитить права первых инвесторов, но одновременно создал высокие барьеры для входа и ограничил гибкость участников.

Этап II. Практическая реализация и выявление системных вызовов С 2022 года, когда Банк России включил в реестр первых операторов, рынок ЦФА перешел от теории к практике [9, с. 127]. Начался период стремительного количественного роста, который выявил ограничения первоначальной регуляторной модели и поставил перед Банком России новые задачи.

В таблице 1 представлены обобщенные данные, иллюстрирующие темпы роста рынка ЦФА в России.

Таблица 1. Динамика совокупного объема рынка ЦФА в России ПериодСовокупный объем рынка, млрд руб. Характеристика этапа К… — см. PDF статьи.

Фрагментация инфраструктуры. Рынок развивался как совокупность изолирован- ных друг от друга платформ, что препятствовало формированию единого пространства ликвидности и затрудняло обращение активов между системами разных операторов.

Концентрация участников. Основными эмитентами и инвесторами стали крупные банки и связанные с ними структуры, в то время как нефинансовый сектор оставался в стороне из-за регуляторных и налоговых барьеров [7, с. 296].

Недостаточная ликвидность вторичного рынка. Большинство сделок совершалось на первичном рынке, а вторичное обращение было развито слабо, что снижало привлекательность ЦФА как инвестиционного инструмента.

Налоговые барьеры. Учет операций с ЦФА в отдельной налоговой базе делал их выпуск невыгодным для многих промышленных компаний, так как не позволял сальдировать доходы и расходы с основной деятельностью [7, с. 298].

. Стремительный рост рынка привлек внимание недобросовестных участников. Так, в сентябре 2024 года Банк России был вынужден вмешаться для предотвращения размещения ЦФА с признаками финансовой пирамиды, что продемонстрировало эффективность надзорной функции, но и акту- ализировало угрозу [6, с. 394]. Эти вызовы показали, что одного только контроля и надзора за отдельными операторами уже недостаточно. Возникла необходимость в переходе к более тонкой настройке регуляторной среды, направленной на решение системных проблем и стимулиро- вание качественного развития рынка. Этап III. Эволюция к системному регулированию и стимулированию рынка Осознав новые вызовы, Банк России начал смещать акценты своей политики с контроля допуска на рынок к созданию условий для его устойчивого функционирования. Этот современный этап эволюции характеризуется переходом от пассивного надзора к активному формированию рыночной среды. Основные направления этой трансформации представлены в таблице 2.

Таблица 2. Ключевые вызовы развития рынка ЦФА и направления регуляторного воздействия Вызов (проблема) Направление регул… — см. PDF статьи.

- Закрепление правового механизма создания единой инфраструктуры (платформы или технологического «моста») для обеспечения интероперабельности данных и сделок между операторами.

Низкая ликвидность вторичного рынка - Введение правового ста- туса маркетмейкеров на вторичном рынке цифро- вых финансовых активов и установление требований к их деятельности. - Закрепление упрощённой процедуры допуска инвесторов к операциям на вторичном рынке, включая стандартизацию идентификации и заключения сделок.

Налоговые барьеры

для нефинансового

сектора

- Участие в межведомственной работе с Минфином по вопросам изменения налогового законодательства и объединения налоговых баз для долговых ЦФА [8, с. 298].

- Внесение в налоговое

законодательство изменений, направленных на уточнение порядка налогообложения операций с цифровыми финансовыми активами.

- Установление специальных налоговых режимов или льгот для эмитентов и инвесторов в целях стимулирования выпуска и обращения ЦФА.

Защита прав

инвесторов и

противодействие

мошенничеству

- Закрепление расширенных полномочий Банка России по дистанционному надзору за операторами инвестиционных платформ.

- Установление обязательных требований к раскрытию информации об эмитентах и выпусках ЦФА.

- Введение обязанностей операторов по информированию инвесторов о рисках и механизмах защиты их прав. Текущая регуляторная парадигма Банка России демонстрирует отход от статичных предписаний в пользу динамичной адаптации к рыночным реалиям.

Приоритетом становится сопряжение двух разнонаправленных задач: с одной стороны, поддержание финансовой устойчивости, а с другой — создание благоприятной среды для технологических нововведений. Не отказываясь от прерогативы строгого контроля, Центральный банк Российской Федерации смещает акцент на архитектурные аспекты рынка:

совершенствование его инфраструктурной основы, обеспечение информационной транспарентности и диверсификацию состава участников.

Заключение

Проведенный анализ позволяет констатировать качественную трансформацию регуляторной политики Центрального банка Российской Федерации в отношении цифровых финансовых активов: от первоначальной модели, основанной на жестком разрешительном допуске, к формированию многокомпонентной стратегии, нацеленной на обеспечение зрелости и устойчивости данного сегмента. Будущая траектория развития отечественного рынка ЦФА детерминирована успешностью воплощения этой новой концепции надзора. Ключевым вызовом для Банка России в предстоящий период станет нахождение оптимального равновесия между необходимостью защиты вложений инвесторов и поощрением органического роста. Успешное решение этой дилеммы способно обеспечить интеграцию цифровых финансовых активов в национальную финансовую архитектуру в качестве ее полноценного, а не периферийного, компонента.