Автоматизированные системы продаж (интернет-магазины, боты-продавцы) как орудие преступления: проблемы уголовно-правовой оценки

228.1 УК РФ, ст. 104.1 УК РФ, квалификация преступлений, цифровые платформы. Введение На сегодняшний день современный незаконный оборот психотропных веществ и наркотических средств всё чаще переносится в цифровую среду. Люди, организовывающие процесс наркоторговли активно используют информационно-телекоммуникационные сети, включая сеть Интернет, для привлечения клиентов, приёма заказов, обработки платежей и координации действий курьеров-закладчиков.

Ключевую роль в этом процессе играют автоматизированные системы продаж – интернет-магазины (в том числе в даркнете) и специализированные программные боты в мессенджерах (Telegram, Signal, WhatsApp), которые полностью или частично заменяют человеческое участие при совершении сделок [1; 2].

По данным Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, за 2020–2025 года количество осуждённых по ст. 228.1 УК РФ выросло практически на 37%, однако при этом доля «бесконтактных» способов сбыта, которые были опосредованы многочисленными цифровыми платформами, превысила 60% [3]. Не смотря на это, уголовное законодательство и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации практически не учитывают специфику автоматизированных систем продаж. В связи с этим в уголовно-правовой науке остаётся открытым дискуссионный вопрос: как же квалифицировать использование таких систем – как орудие совершения преступления, как иное средство совершения преступления или же как признак организованной группы? От - сутствие единообразного подхода порождает противоречивую следственную и судебную практику, а также создаёт трудности при конфискации цифровых активов.

Целями настоящей статьи можно назвать определение правовой природы автоматизированных систем продаж наркотических средств в сети Интернет, а также выработка рекомендаций по их уголовно-правовой оценке.

Для того, чтобы достичь указанной цели, следует поставить такие задачи как: проведение анализа технических и функциональных особенностей интернет-магазинов, а также ботов-продавцов, которые применяются в наркоторговле; исследование доктринальных подходов к понятию «орудие преступления» применительно к цифровым технологиям; выявление типичных проблем квалификации и конфискации автоматизированных систем продаж.

Методологическую основу исследования составили общенаучные и частнонаучные методы: формально-юридический, сравнительно-правовой, метод анализа судебных актов, а также метод правового моделирования при формулировании предложений по изменению законодательства.

Понятие и виды автоматизированных систем продаж в наркоторговле В контексте незаконного оборота наркотиков под автоматизированной системой продаж в следует понимать совокупность программных средств, которые обеспечивают частичное или полное автоматизированное взаимодействие между покупателем и продавцом без непосредственного участия человека на этапах приёма заказов, расчётов и передачи информации о способе получения товара.

В зависимости от степени автоматизации и используемых платформ автоматизированные системы продаж можно подразделять на: даркнет-маркетплейсыполнофункциональный интернет-магазин в анонимной сети Tor, с каталогом, корзиной, рейтингом продавцов; Telegram-бот-продавец - программный скрипт, интегрированный с мессенджером, принимающий заказы через команды или же кнопки, автоматически генерирующий координаты закладки после оплаты; автоматизированный сайт-витрина - обычный сайт, где заказы обрабатываются автоматически, но оплата и подтверждение могут требовать минимального участия оператора.

Проблема квалификации

автоматизированных систем продаж как орудия преступления В соответствии с ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, конфискации могут подвергнутся орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому. В теории уголовного права под орудием преступления понимаются предметы материального мира, непосредственно используемые для совершения преступления и расширяющие физические возможности человека [4, c. 67]. Исходя из этих положений возникает логичный вопрос: может ли программный бот или интернет-сайт быть признан орудием преступления?

В научной литературе сформировалось несколько подходов.

Сторонники первого подхода считают, что орудием может быть только лишь материальный предмет. Программный код, не зафиксированный на физическом носителе (например, жёстком диске, флеш-карте), не является орудием [5]. Соответственно, конфискация бота-продавца невозможна без изъятия серверного оборудования.

Сторонники второго подхода считают, что орудием преступления нужно признавать абсолютно любые средства, независимо от их материальной формы, которые непосредственно использовались для совершения преступления. Так как программный бот выполняет функции приёма заказов, расчёта и передачи координат, он является орудием [6; 7].

Проблема разграничения

автоматизированных систем продаж и признаков организованной группы Автоматизированные системы продаж часто применяются организаторами торговли наркотическими средствами для эффективной координации действий участников организованной группы. Можно ли считать наличие автоматизированных систем продаж самостоятельным признаком организованной группы или это только техническое средство?

Судебная практика идёт по пути признания автоматизированных системы продаж доказательством устойчивости и технической оснащённости группы, не отдельным квалифицирующим признаком. Однако возможна ситуация, когда бот действует полностью автономно, а все участники взаимодействуют только с ним, не зная друг о друге. В этом случае возникает фигура «цифрового организатора» – программного кода, управляющего преступной деятельностью. Уголовный закон не предусматривает ответственности искусственного интеллекта или программных роботов, поэтому фактическим организатором должен признаваться разработчик или администратор бота. Выводы Подводя итог вышесказанному, можно говорить о том, что на сегодняшний день существует необходимость легализовать в доктрине и судебной практике понятие «цифровое орудие преступления» применительно к автоматизированным системам продаж путем дополнения постановления Пленума Верховного Суда РФ № 17 от 14.06.2018 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве».

Помимо этого, стоит четко разграничивать полную и частичную автоматизацию для целей квалификации действий лиц, совершивших преступление. При полной автоматизации администратор бота должен нести ответственность как организатор преступной группы, а сам бот – конфисковываться как орудие. При частичной автоматизации ответственность наступает по общим правилам соучастия.

Для наибольшей полноты, предлагается также внести изменения в статью 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, указав при этом, что конфискации подлежат не только оборудование и носители, а также и программное обеспечение (исходный код), используемое как орудие преступления.